2009-04-22

Сяо Хун (3): Черный хлеб, белая соль.

Тусклое стекло почти не пропускало свет, и, если под окнами мелькала тень, было даже непонятно кто это - человек или собака.

- Разве мы не новобрачные? - ворчал Лан Хуа, разливая кипяток из маленького чайничка по бокалам: - Это ни черта ни медовый месяц!
- Точно, - смеялась я.

Он разламывал булку черного хлеба* руками и круто солил его, как видел однажды в фильме. Протягивая мне один ломоть, он говорил:
- Это невозможно, еще один такой месяц меда сведет нас в могилу!
Я смотрела как он морщит нос от вкуса пересоленного хлеба и смеялась. Конечно - соль не сливки, какой уж тут мед.

В то время я почти потеряла связь реальностью: четыре стены и тусклый свет слепых окон были для меня всем миром. Из еды - обычно овощи, но было и так, что только хлеб с солью. Все это действительно напоминало не медовый месяц, а жизнь бессмертных: лица наши становились желтоватого оттенка, а каждую косточку можно было увидеть под кожей. Мои глаза тогда занимали почти пол лица. Но бессмертными мы так и не стали...

А еще мы занимали-занимали-занимали.... Каждый день Лан Хуа уходил занять еще немного у знакомых - то три, то пять фэней. Редко когда юань и почти никогда больше.

И много-много дней были связаны в цепочку белой солью на черном хлебе.

[*]: Имеется ввиду черный хлеб именно русской выпечки, что само по себе странно - сейчас его можно найти только в приграничных провинциях по очень высокой цене.

Комментариев нет: